Религия, экзегетика и Писание

 

Сопряженность философии с религией, ее теологические основания выражаются в ряде мировоззренческих принципов, среди которых в первую очередь необходимо сказать о креационизме, теоцентризме и провиденциализме.

Понятие креационизм (от лат. сreatio – творить) означает принцип, согласно которому, Бог сотворил живую и неживую природу из ничего (creatio ex nihilo).

Понятие теоцентризм выражает миропонимание, в котором единственным источником и причиной всего сущего выступает Бог – активное творящее начало мира, бытие как таковое.

В отличие от Бога, его «креатура» – сотворенные сущие, выстраиваются в иерархию по степени совершенства, определяемого близостью к Творцу. Уточняя «теоцентрический образ», можно сказать, что Бог, скорее, не «в центре» сотворенного Им мира, но над миром, поскольку «держит» своим внимание иерархически устроенную тварную вселенную).

Кроме того, главной фигурой в сотворенном мире является человек, венец творения, для которого создан мир и ради спасения которого «запущен ход» времени и истории. Поэтому можно сказать, что теоцентрическое устройство мира предстает в христианской богословско-философской мысли скорее как теоантропоцентрическое, антропоцентризм оказывается «встроенным» в теоцентрическую модель сотворенного мира.

Другим (теоретико-познавательным) моментом, связанным с теоцентрической установкой, является иерархия способов познания. Поскольку основным познающим субъектом в сотворенном мире является человек, а главной целью человеческого познания является Бог, важнейшей наукой (в средневековом смысле: scientia – наука, знание) является теология, и ее служанкой, как заметил Климент Александрийский, становится философия. Таким образом, и здесь формируется иерархия, на вершине которой богооткровенная теология, дающая непосредственное знание о бытии, истине, благе, на нижних же ступенях – эмпирическое познание фрагментов сотворенного мира, тоже имеющее значение, поскольку познает результаты творения, отыскивая в природе и самом человеке следы божественной работы.

Провиденциализмом называют систему взглядов, в соответствии с которой всеми мировыми событиями – от истории в целом до волевых актов отдельных людей – управляет божественное провидение.

Парадоксы идей провиденциальной истории – сочетание божественного промысла и «самочинного» осуществления земных событий, а также стремление разрешить другой тип противоречий ‑ между провидением и свободой воли индивида, являются важными темами дискуссий на протяжении всего Средневековья.

К другим типологическим чертам средневекового типа мышления, безусловно связанным с рассмотренной выше, относятся ретроспективность и традиционализм.

Ретроспективность – это обращенность в прошлое, когда истина понимается как Слово, сказанное изначально и требующее постоянного обращения к источникам мудрости, к старине. В этом понимании пределом и мерой истины выступают тексты, главный из которых – Писание. Многозначность образов и свидетельств Писания, многоплановый символизм священных текстов порождают методологию поиска истины – экзегетику (от греч. ξηγητικά, от ξήγησις – изъяснение, истолкование, изложение).

Экзегетика превращается в науку об истолковании древних ‑ в первую очередь, библейских ‑ текстов, смысл которых труден для понимания. Первоначально понимание достигается исследованием грамматики языка, смысла слов, выражений. Этот уровень дополняется изучением исторического контекста и концептуальным анализом источника, когда речь идет о реконструкции мысли автора текста. Последнее же дает возможность перейти к наиболее глубокому – спекулятивному – уровню, на котором текст авторитета выступает в качестве отправной точки для самостоятельного философствования. И хотя вся средневековая философия по существу экзегетична, образцы самостоятельного философствования принадлежат перу ограниченного числа мыслителей, среди которых в основном фигуры первого ряда: Августин, Ансельм Кентерберийский, Петр Абеляр, Фома Аквинский, Иоанн Дунс Скот, Франсиско Суарес и др.

Интересно отметить, что обращенность к старине, стремление лучше понять, истолковать, представить сюжеты Писания, порождают своеобразное явление, совершенно не характерное современной нам эпохе, – отказ от авторства, «плагиат наоборот», когда комментатор приписывает свои тексты более ранним и более «уважаемым» мыслителям, например, Аристотелю или Дионисию Ареопагиту.

Среди специфических особенностей средневековой философии следует выделить также дидактический (от греч. διδακτικός – поучительный), назидательный характер философии, направленный на упорядоченное, обучающее изложение. Дидактизм средневековой философии выражается либо в жанре поучения, проповеди, либо в компилятивном жанре «этимологий», «лексиконов», либо в жанре «комментариев» и так называемых «сумм», где собственное мнение высказывается лишь после разбора точек зрения по данному вопросу всех известных автору предшествовавших богословов. (Впрочем, «Суммы» уже больше похожи на систематические трактаты по определенным проблемам, чем следующие за мыслью комментируемого текста разъяснения трудных мест.)

Преимуществом средневековой литературы является тщательность, системность, энциклопедический характер, вместе с тем, в целом ее характеризует отсутствие установок на самостоятельное исследование, выдвижение новых идей, поскольку истина «уже высказана», к ней лишь можно (и нужно) возвращаться для лучшего ее понимания.

 Проект «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования»
Сайт создан при поддержке РГНФ, проект № 14-03-12003
 
©2008-2017 Центр библеистики и иудаики при философском факультете СПбГУПоследнее обновление страницы: 25.11.2014
Страница сформирована за 31 мс 
Яндекс.Метрика