Этот текст скопирован из другой on-line библиотеки, адрес исходного файла в которой не удаётся определить по техническим причинам

Ссылки, приводимые ниже, могут не работать или вести на страницы вне нашего сайта – будьте внимательны и осторожны: создатели сайта «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования» не несут ответственности за возможный риск, связанный с переходом по ссылкам на другие сайты. В особенности будьте внимательны при переходе по ссылкам рекламного характера, ссылкам, смысл которых Вам непонятен, и по ссылкам, текст которых отображён явно некорректно.

Авторские права (если таковые существуют) на приводимый ниже текст принадлежат авторам оригинальной публикации

.

БЕСЕДА 11

Беседа его же, сказанная после того, как предвари­тельно говорил другой, очень старый, - об Елеазаре и семи отроках[1].

 

1. Как цветиста эта духовная маслина! При своих престарелых ветвях, она принесла нам зрелый плод. Не таковы растения земли, каковы деревья Церкви: те, достигши старости, теряют потом большую часть листьев и, если какой принесут плод, приносят его отцветшим и вялым; а эти, когда достигнут старости, тогда особенно изобилуют плодом. Это именно можно видеть и на говорившем сегодня; потому и я решил молчать: нужно было молодому молчать, в присутствии стольких стариков и умеющих говорить. Так наставляет нас и божественное Писание: когда оно беседует с молодым, говорит: "Говори, юноша, если нужно тебе, едва слова два, когда будешь спрошен, говори главное, многое в немногих словах" (Сир. 33:9,10). Со старцем оно не беседует о таких ограничениях, но, оставив его, позволяет и вне таких пределов состязаться; и опять, дивясь удовольствие от сказываемого, когда сказывается с разумом, (премудрый) так говорит: " Разговор веди ты, старший, — ибо это прилично тебе, — с основательным знанием, и не возбраняй[2] музыки" (ст. 4,5). Что значит: "не возбраняй музыки"? Этим показывает, что не так приятны слушателям флейта, кефара и свирель, как учение старца, предлагаемое с точным знанием. Сравнивая удовольствие с удовольствием, он говорит, что это намного могущественнее того, и это господствует, а то ему уступает; потому и говорит: помешаешь музыки, то есть, не дозволишь ей являться, затемнишь её, закроешь её.

Потому именно и нам нужно было молчать и слушать, а ему говорить и учить; но, - что часто я говорил, это и теперь скажу, - я не переношу ни вашей требовательности, ни принуждения с их стороны (т.е., старших); потому опять пригото­вляюсь к обычному состязанию, к трудному делу, к речи, поль­зуясь большим удобством, не вследствие собственной силы, но готовности со стороны вас, слушателей. Ведь и недавно[3] также слово не потонуло, унесшись на такую глубину, и нигде у вас не потерпело крушения, проходя столь широкое море; а причина тому та, что нигде нет скал, ни подводных камней, ни утесов, но всюду море спокойнее пристани; и оно (слово) сопутствовалось до тихой пристани, как бы некоторым ветром, дующим в корму, усердием вашего слушания. Сразу оно и сходило с нашего языка, и все принимали его с распростер­тыми руками, и хотя в нём было много трудности, - такова именно была природа недавних мыслей, - однакож избытком усердия и напряжением ума вы со всею тщательностью ободряли нас в труде и сделали трудное легким. Вы не дозволили (слову) упасть ни на камень, ни в терние, ни на дорогу, но всё приняли в тучную и плодородную пашню, в глубину вашей души. Потому мы и видим ежедневно, что пышные посевы пи­таются легкими веяниями (Святого) Духа вместо ветра, и зрелище ежедневно у нас бывает блестящим. Потому именно и сегодня я желал бы заняться остающимся (у меня). Но что я испытываю? Хор Маккавеев стоит пред моими глазами и, осиевая мою мысль блеском своих ран, зовёт нашу речь к своей красоте. Но пусть никто не считает неблаговременным, для слова, что, между тем как день борьбы завтра, мы сего­дня плетём венки, и объявляем победный знак до надлежащего времени войны. Ведь если, при совершении браков, брачующиеся и опочивальни устраивают раньше назначенного дня, и украшают свои дома венками и занавесами, то тем более мы будем делать это, так как этот брак духовнее, сочетается не муж с женою, но Бог с душами людей. Потому не погрешил бы кто-нибудь, назвав душу мучеников невестою, невестою духовною, - потому что и они приносят свою кровь в качестве приданого,— приданого никогда неистрачиваемаго. Но время похвал пусть ждёт нас до завтрашнего дня; а сегодня будем исправлять более немощных из наших братий. Так как многие из очень простых, по недостатку своей мысли, увлекаясь врагами Церкви, не имеют надлежащего мнения отно­сительно этих святых, и не считают их в то же время в остальном сонме мучеников, говоря, что они пролили свою кровь не за Христа, но за закон и за писание закона, будучи за­колоты за свиное мясо, - вот именно мы исправим эту их мысль, потому что и стыдно было бы совершающим торжество не знать основания торжества.

2. Итак, чтобы, при общей радости всех, не скорбели только болеющие этим, но обнимали бы подвижников неподдельною мыслью и смотрели бы на них чистыми очами, мы поднесём сегодня успокоительное для их мысли, и подготовим к тому, чтобы завтра они пришли на духовное торжество с светлым настроением и чистою мыслью. Я настолько не отказы­ваюсь считать их наряду с остальными мучениками, что даже объявляю их более блестящими. Они подвизались тогда, когда ещё не были сломаны медные врата, ни снят был железный засов, когда ещё грех властвовал, проклятие процветало, крепость диавола стояла и жесток был еще путь такой добродетели. Теперь даже совершенные отроки и много нежных девиц и незамужних всюду во вселенной вооружились против власти смерти; а тогда, до пришествия Христа, даже праведники сильно трепетали. Моисей убежал по этому страху; и Илия из-за этого тайно ушёл в сорокадневный путь; и патриарх Авраам из-за этого советовал своей жене говорить, что "я сестра его, а не жена". И к чему говорить об остальных? Сам Пётр так боялся смерти, что не перенёс угрозы даже привратницы, - потому что страшна она была и недоступна, ещё не были yсечены её жилы, ни могущество её не было уничтожено. Но, однако, эти (Маккавеи) преодолели и побороли её, когда веяло таким страхом от неё. Так как имело уже взойти Солнце правды, то что днём бывает, и тогда произошло. Как для нас является светлое утро, когда ещё не явилось даже солнце, когда ещё не видны бывают лучи, а свет лучей осиевает вселенную издали, - так и тогда произошло. Так как имело придти Солнце правды, - тьма робости, наконец, уничтожилась, хотя Он и не присутствовал ещё по плоти, а был вблизи, в преддверии, и уже касался самых вещей.

Итак, что они выказали много мужества, подвизавшись в такие времена, всякому, конечно, очевидно; а что они получили раны также за Христа, - это я уже попытаюсь показать. За что они страдали, скажи мне? За закон, скажешь, и писание закона. Значит, если бы явился Христос, давший тот закон, - не оче­видно ли вполне, что, пострадав за закон, они выказали бы всю ту твердость за Законодателя? Итак, сегодня вот это покажем, - что Христос есть Законодатель. Кто это говорит? Знающий ясно ветхое и новое, - Павел, учитель вселенной. В послании к Коринфянам он так говорит: "Не хочу оставить вас, братия, в неведении, что отцы наши все были под облаком, и все прошли сквозь море; и все крестились в Моисея в облаке и в море; и все ели одну и ту же духовную пищу", - говоря так о манне, - "и все пили одно и то же духовное питие…", - говоря так о воде из камня (1 Кор. 10:1-4). Потом, показывая, что Христос совершал эти чудеса, присоединил: "…ибо пили из духовного последующего камня; камень же был Христос " (ст. 4). И естественно: не природа камня изводила воду и те потоки, но сила Христа, поражая камень, заставляла источники истекать. Потому он и назвал камень духовным, и сказал, что он следовал (за ними); чувствен­ный же камень не следует, но находится на одном месте; всюдуприсутствующая и во всём чудотворящая сила - она прорвала и камень. Если иудей не может выносить этих слов, мы победим его собственным его оружием, не беседуя ни о чём из Павла, Петра и Иоанна, но из его пророков, чтобы он знал, что у него дела, а у нас понимание (их).

3. Итак, кто из пророков это говорит, - что Он дал ветхий завет? Освящённый от утробы (матери) Иеремия, сиявший в юности. Где и когда? Слушай его слова, и из сказанного ясно научись. Итак, какие это слова? "Вот наступают дни, говорит Господь…" (Иер. 31:31). Сначала, он вдруг поднимает слу­шателя, и пробуждает дух слушающих, показывая, что не его это слова, но пославшего его Бога. "Вот наступают дни…". Потом показы­вает, что он с нами беседует о будущих вещах. Итак, каким образом Он дал ветхий (завет), если беседует о будущем? Подожди и не безпокойся, и тогда ясно увидишь блеск истины. Когда он это говорил, закон был дан и нарушен, а новый ещё нет. Итак, уяснив это в ваших мыслях, примите разрешение недоумений для многих. "Вот наступают дни, говорит Господь…", обозначая настоящее время, "…когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их…" (ст. 31, 32). Спрошу иудея, спрошу немощного брата: кто дал новый завет? Конечно, всякий скажет, что Христос. Итак, Он и ветхий (дал), - потому что сказавши, что "…заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил…", (тем) показал, что Он завещал и тот; итак, обоих заветов один Законодатель. А когда, скажи мне, Он завещал ветхий? "…В тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской…". Смотри, как Он показал и легкость исхода, и Свою нежную любовь, н без­опасность тогдашнего изведения, и что все египетские чудеса совершал Он. Тем, что Он сказал: "…когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской…", обозначил все чудеса, - потому что тот исход был по необычайным знамениям. И "…тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь". Итак, отсюда очевидно, что один Законодатель ветхого и нового завета. Здесь, если кто тщательно вникнет в сказанное, -  увидит, что оно полно немалого затруднения, - потому что, го­воря о причине, по которой Он намерен давать другой завет, назвал его новым, то есть, необычным: "Я заключу", - говорит, - "…новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь". И потому, нужно было, чтобы они были наказаны, по­несли крайнее возмездие и подверглись тяжкому мщению, - за то, что, вкусив столько чудес и получив закон, они нисколько не сделались лучшими. Но Он не требует от них возмездия, но обещает даже больше прежнего. Итак, сегодня следовало бы присоединить решение и этого затруднения; но так как у нас слово стремится к другому, и мы желаем воспитывать вас так, чтобы не всё от нас учиться, но находить и самим кое-что, -оставляю это для вас, - ищите и найдите. Если увидим, что искали, но не нашли, - тогда и сами протянем руку; а чтобы нахождение сделалось для вас легче, я уже скажу вам наперёд апостольские места, в которых особенно можно найти сокровище и решение этого затруднения, - именно, он (апостол) рассмотрел этот предмет и разрешил в посланиях к Римлянам, Галатам и Евреям. Те, которые трудо­любивы, в состоянии будут найти это решение, обратившись к посланиям, если в промежуточные эти дни вы не предади­тесь неуместным собраниям, ни глупой болтовне, но будете отыскивать сокровище с настойчивою заботою о сказанном. Оставив пока это нерешённым, приступим к следующему далее. А что это следующее? "Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. И уже не будут учить друг друга, брат брата, и говорить: "познайте Господа", ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого, говорит Господь, потому что Я прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более" (ст. 33, 34). Сказав о ветхом завете, который Он дал, сказав и о новом, который Он намерен дать, Он описывает также красоту его, показывает черты его и полагает друг за другом признаки, чтобы ты знал, как велико различие нового в отношении ветхого, - различие, не противоположность, - как велико преимущество, как велик блеск, как велико сияние даров и благодати.

4. Итак, в чём черты нового? "…Вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его". Ветхий закон был написан на каменных скрижалях, и, когда первые скрижали были раз­биты, Моисей иссёк опять другие и, там начертав письмена, сошёл со скрижалями, по природе сродными безчувствию принимающих. А новый не так, - потому что не были иссечены скрижали, когда давался новый завет, - но как и каким образом? Слушай повествующего Луку: "При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе", - говорит - "И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать" (Деян. 2:1-4). Видишь ли, как пророк ясно предвозвестил это издавна, сказав: "…Вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его". Благодать Духа, данная Богом, чтобы она обитала в мыслях их, сделала их живыми столпами[4] ... и прикрывает мысль эту Своею славою; потому и говорил (апостол), что он послан был проповедывать "…не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова" (1 Кор. 1:17), - и опять: "…Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие" (ст. 20)? - здесь всюду говорить о крести. "Ибо", - говорит", - "и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость; потому что немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков" (ст. 22-25); глупым Божиим и немощным Божиим он называет крест, не потому, что это глупо - что мудрее его? - и не потому, что не­мощно - что сильнее его? - но выражает мнение неверующих, которое они имели относительно этого предмета. Потому и выше он говорил: "…слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, - сила Божия" (ст. 18). Но должно заимствовать суждение о предметах не от погибающих, - а то ведь больные считают горьким даже мёд, но это вина болезни, а не приговор мёду. Так именно и крест для внешних кажется глупым делом, но он не таков в действительности. Потом, показывая, что (крест) не только не есть глупое, но даже очень мудрое дело, и не только не немощное, но даже очень сильное, - он сравнивает преуспеяния его и с творением, и с ветхим (заветом), и с внешнею мудростью, и показывает, что чего не нашла ни внутренняя мудрость, или внешняя, чему не на­учились многие из людей из творения, в чём не попользова­лись от ветхого, в этом имело силу кажущееся глупым и не­мощным, - кажущееся, не таковое в действительности. Поэтому он, обладая доказательством из самых дел, выходит с большим дерзновением на борьбу -прежде всего против внешней мудрости, и говорит: "Где мудрец" (ст. 20)? Что значит: "Где мудрец"? Он как бы говорил: где учения  философов? Где ораторов? Где учёных? Где писателей? Исчезли все, погибли и упразднились. Так была блестяща победа, что даже в конце они не являются. Потому, когда они так исчезли из виду и были развеяны как бы некоторая пыль, он так спрашивает и говорит: "Где мудрец"? Явился крест, и всё то было разру­шено; раздался голос проповеди, и рассеялось легче паутины. "Где мудрец"? Где хвастливость речей? Где красота красноречия? Где сила хитрых умозаключений? Где стремительность слов? Где острота языка? Где собрания и заседания? Все это рассеяно, погибло, истреблено, исчезло и обратило тыл. "где книжник"? Где, говорит, (дела) иудеев? Проповедь и ими овладела и, как солнце, покрыла тень. В чём столько времени в одном народ был безсилен законе, - в этом, с большим изобилием, всюду преуспел крест, уничтожив грехи, даровав оправдание, приготовив святых людей, наставив в богознании, став руководителем на небо. Потом, оставив иудейское, опять возвращается к эллинскому: "где совопросник века сего"? Здесь он намекает на еретиков и умозаключателей, которые до этого были острие меча, а когда явился крест, были пора­жены легче всякой глины. "…Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие"? Опять вооружается против эллинской мудрости. Что значит: обуи (Этим словом) показал, что она глупа; и действительно (такова) она была. И их "и грехов их" и беззаконий их "не воспомяну более" (Иер. 31:34). Пророк описывает нам блеск ветхого (завета); а апостол сопоставляет тот и другой, так как он боролся с иудеями; сказав выше: "…не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца", Здесь (говорит): "…не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит" (2 Кор. 3:3, 6).

5. Некто собирал дрова в субботу, и был побит камнями (Числ. 15:32, 36). Видишь ли, как буква убивает, то есть, закон наказывал? А знаешь ли, как Дух животворит? Входит некто, исполненный множества зол - кто распутничал, хищничал, был любостяжателем, прелюбодействовал, достиг всякого порока, уже умерщвлён был грехом; берёт его благо­дать Духа в купель, - и распутника делает сыном Божиим, умерщвленного грехом рождает для жизни. Это значит: "…а дух животворит". Как животворит? Не требуя отчета в прегрешениях, по пророку: "…прощу беззакония их и грехов их уже не воспомяну более". Спроси опять иудея: где так было в законе? Но он не сможет указать. И соби­равший дрова побивался камнями, и блудница сожигалась, и Моисей лишился земли обетования за один грех; а при бла­годати, совершившие неисчислимые ужасы рождаются в жизнь, вкусив крещения, и от них не требуется никакого возмездия за прегрешения. Потому и Павел говорил: "…Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники - Царства Божия не наследуют. И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего" (1 Кор. 2:9-11). Видишь ли, как блещет пророче­ское, - что "…прощу беззакония их…", - как сияет апостоль­ское, - что "…дух животворит"? Желаешь ли знать также дру­гое, - апостола Павла, говорящего, как в короткое время он прошёл всю вселенную? Выслушай, что он говорит: "…благовествование Христово распространено мною от Иерусалима и окрестности до Иллирика"; и опять: "Ныне же, не имея [такого] места в сих странах, а с давних лет имея желание придти к вам, как только предприму путь в Испанию, приду к вам. Ибо надеюсь, что, проходя, увижусь с вами и что вы проводите меня туда, как скоро наслажусь [общением] с вами, хотя отчасти" (Рим. 15:19,23,24). А если один апостол в короткое время прошёл большую часть все­ленной, -подумай, как уловили ее всю также друпе. Потому и говорил онъ: Ев ангелы проповъданнаго "…всей твари поднебесной…" (Колос. 1:23), - объясняя пророческое: "…все сами будут знать Меня, от малого до большого". Но, что Христос, дал закон, - из этого очевидно; и что, будучи закланы за закон, они проливали свою кровь за Законодателя, - и это ясно. Прошу, наконец, вашу любовь придти на торжество с большою готовностью; устремитесь к ранам мучеников, как пчёлы из ульев, и уважьте их мучения, нисколько не боясь длинного пути. Ведь если старец Елеазар пренебрёг огнём, и мать тех блаженных пере­несла столько мук в крайней старости, то чем вы сможете оправдаться, чем извиниться, не пройдя для созерцания той борьбы даже небольшого расстояния?..[5].

 



[1] Произнесена была святителем накануне дня памяти мучеников Маккавеев, который тогда праздновался также 1 августа. Говоривший предвари­тельно - неизвестен.

[2] В Библии: καί έμ ποδίσης== и не возбрани.

[3] Неизвестно, какая это была беседа.

[4] Некоторый пропуск в тексте.

[5] Эта беседа не имеет обычного заключения.

В начало Назад На главную

 Проект «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования»
Сайт создан при поддержке РГНФ, проект № 14-03-12003
 
©2008-2017 Центр библеистики и иудаики при философском факультете СПбГУПоследнее обновление страницы: 25.12.2013
Страница сформирована за 31 мс 
Яндекс.Метрика