Этот текст скопирован из другой on-line библиотеки, адрес исходного файла в которой не удаётся определить по техническим причинам

Ссылки, приводимые ниже, могут не работать или вести на страницы вне нашего сайта – будьте внимательны и осторожны: создатели сайта «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования» не несут ответственности за возможный риск, связанный с переходом по ссылкам на другие сайты. В особенности будьте внимательны при переходе по ссылкам рекламного характера, ссылкам, смысл которых Вам непонятен, и по ссылкам, текст которых отображён явно некорректно.

Авторские права (если таковые существуют) на приводимый ниже текст принадлежат авторам оригинальной публикации

.

ГЛАВА 51

 

Ст. 1. Послушайте Меня, стремящиеся к правде, ищущие Господа. Тем Он говорит: Кто хочет судиться со Мною? пусть подойдет ко Мне (50:8); а этим: послушайте Меня, стремящиеся к правде, ищущие Господа. Тем говорит: судите, а этих Он научает. Все ищущие Господа и гонящие правду будут научены. Но к тем, хотя бы и пришел кто-либо и стал кричать в уши, однако труд его будет напрасен. Кто же ищущие Господа? Тот, кто стремится к справедливости и одобряет правду. Пра­ведным же называется не только тот, кто не служит жадности, но и тот, кто неповинен ни в какой дурной страсти. Не на­прасно говорится: ищите то, что справедливо и хорошо, так как Он часто говорит о тех, которые следуют жадности и служат иным дурным страстям. Итак, нам необходимо следовать справедливости и искать правду, – таким образом человек может находить Бога, потому что когда кто-либо ищет чего, то ему предстоит это найти. Пусть слушатель будет весьма доблест­ным и одаренным добродетелью, однако, ему необходима пре­мудрость, так как сила и крепость одна не в состоянии убедить слушателя, если ему не будет присуща премудрость. Писание превозносит похвалами мудрого слушателя, говоря: и Господь отверз сердце ее внимать тому, что говорил Павел (Деян.15:14), а в другом месте: и будут все научены Богом (Ин. 6:45), да и в настоящей книге выше говорится: каждое утро Он пробуждает, пробуждает ухо Мое, чтобы Я слушал (50:4). А премудрый говорит: Господь дает мудрость; из уст Его – знание и разум (Притч.2:6).

Взгляните на скалу, из которой вы иссечены, в глубину рва, из которого вы извлечены. Справедливо сказал: скалу, сравнивая естественное не­плодие с твердостью камня, так как утроба Сарры была пуста и бесплодна, – и вместе с тем показывая, что наше рождение есть дело рук Божиих. Не одна только природа нужна для этого, но Бог творит и образует, – не так, как первого человека, но спо­собом однако не особенно отличным. Подобно тому, как человек был сотворен, так теперь, хотя и воспринимает нечто из утробы, сам творит. Здесь было не одно неплодие, а также старость. Сарру он сравнивает с глубоким рвом, что Акила называет дном потока, Симмах – пещерой, Феодотион – отвер­стием. Ров также бывает бесплодным, потому что он не бьет, наподобие источника, а только сохраняет собранную воду, не умножая обилие воды. Прочие переводчики говорят: "бейте ключом", так что становится совершенно известным, что Бог совершает все. Посмотрите на Авраама, отца вашего, и на Сарру, родившую вас. Эти слова пророк говорит тем, которые утвер­ждают, что те трудные события не могут совершиться. Из прошедших событий он убеждает их в этом: вам должно верить Моим словам. Если вы не верите, то Я буду убеждать вас прошедшим. Если Я только от одной женщины произ­вел множество народа, и она породила всех вас, хотя родила одного Исаака, ради которого была изменена бесплодная природа утробы, – таким образом, если Я именно совершил это, то ужели Я не выведу вас из плена? Для Меня совершенно легко сделать возможным то, что ни для кого невозможно. Для того, чтобы вы имели такое убеждение, вам достаточно обето­ваний предков.

Ибо Я призвал его одного. Скорее их было двое. Другие же говорят яснее: Я призвал его одного; именно, он был один по природе. И сотворил, говорит, Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их (Быт.1:27). Таким образом, человек есть мужчина и женщина, один глава, а другая тело. Но Я совер­шаю что-либо не со множеством работников, и при малом ко­личестве их не теряю присутствия духа, но всегда и везде ищу добродетели. Ибо Я призвал его одного и благословил его, и размножил его. Я умно­жил его не в своей стране, но в чужой земле, для того, чтобы было ясным, что для Меня все весьма легко. Почему же Он не упомянул об Адаме, обстоятельства жизни которого могли удобнее убедить их? Потому что они всегда думали об Ав­рааме. Присоедини сюда также и то, что этот был известен им более: он не был лишен никакой добродетели, и был одарен весьма многими обетованиями.

Благословил его, говорит, и размножил его. Он не говорит о причине, чтобы они не подвергались отчаянию, полагая, что Авраам назван возлюбленным и был умножен ради своих добродетелей. Именно, они могли говорить: но мы, лишенные вся­ких добродетелей, каким образом будем ожидать спасения?

Равным образом Он прибавляет: так, Господь утешит Сион, утешит все развалины его и сделает пустыни его, как рай, и степь его, как сад Господа; радость и веселие будет в нем, славословие и песнопение; Симмах говорит: воссозижду. Бог призвал Авраама не ради юношеских добродетелей, хотя Писания говорят о добрых его нравах, но потому, что Он предвидел будущее. Подобным образом Он говорит: вы нуждаетесь в великих примерах, для того, чтобы не сомне­вались более. Ведь и утроба Сарры была бесплодна, – здесь Он называет ее пустынною землею. Но сравнение этих двух пред­метов, именно делание пустынной земли плодородною и напол­нение бесплодной утробы не совпадает одно с другим: руки земледельцев могут сделать землю плодородною, но наполне­ние бесплодной утробы зависит совершенно от Божественной силы. Потом, нет никакого сравнения между следующими двумя предметами: призвать одного и размножить его и сделать множество чрез призвание многих. Далее, освободить от не­приятелей и против их воли возвратить пленника домой – не одно и то же, что привести (человека) из своей страны в чу­жую, так как освобожденные были возвращены тотчас. Та­ким образом, им должно было убедиться, что Он легко совершит то, что было малым, после того, как Им было сделано великое.

Утешит все развалины его и сделает пустыни его, как рай. Акила и Симмах говорят: как предмет удовольствия; Феодотион: как сад.

И степь его, как сад Господа. Акила: поля его; Симмах: листья его; Феодотион: Аравию его. Радость и веселие будет в нем, славословие и песнопение. Акила: глас хвалы; Симмах: глас песней; Феодотион: глас псалмов и благословений. События будут та­ковы, что они (опять) могут благословлять Бога, хвалить Его, и вместе с тем извлекать (отсюда) весьма большую пользу для своих нравов.

 

4. Послушайте Меня, народ Мой, и племя Мое, приклоните ухо ко Мне! ибо от Меня произойдет закон, и суд Мой поставлю во свет для народов. Почему Он повторяет первые слова (в ц.сл. тексте слово "послушайте" повторяется два раза)? Потому что Он говорит о великих вещах, которые совершатся: ибо от Меня произойдет закон. Он опять слегка касается будущего. Пола­гать законы есть дело более прочего необходимое, и это отли­чает нас от лишенных разума. Что пользы иметь дар слова, когда мы лишены правильного разума? Страсти, которым мы подвергаемся, делают ум пустым, и потому происходит то, что способность говорить, которою нам следовало отличаться среди прочих, мы изменяем в болтливый нрав неразумных животных. Но у тех гнев тотчас успокаивается, у нас же упорствует ненависть. У них не бывает зависти, у нас же она всегда воспламенена. Таким образом, законодатель и за­кон – это первая и великая помощь. Потому иноплеменники, а также завоеватели городов считали законодателей большими благодетелями, чем своих родителей. Это справедливо и за­служенно, так как последние дают жизнь, а те учат, как проводить честную жизнь, – вследствие чего происходят защита и твердость. Не стены, не войска, но справедливые законы де­лают государства безопасными. Так точно и человека освобож­дают от болезни не крепость и здоровье тела, но добродетели духа и правильный порядок жизни. По этой причине один мудрец говорит: человек мудрый силен, и человек разумный укрепляет силу свою (Притч.24:5), и помощь его выше десяти князей в государстве; а также: отойди от человека глупого, у которого ты не замечаешь разумных уст (Притч.14:7). Мы постоянно видим, что выдающи­мися людьми становятся не крепкие телесною силою, но великие душевною добродетелью, так как и корабль рассекает волны не потому, что он велик, окован медью, и имеет несокруши­мые борта, но потому, что имеет управителя, который направ­ляет его по своей воле.

И суд Мой поставлю во свет для народов. Поистине их просветило знание судов и понимание законов Его. Видишь ли пользу суда? Мрак удален, страх отогнан, страсти изъяты. Подобно тому, как появление судьи обращает в бегство воров, гра­бителей трупов и разбойников и всякого рода злодеев, так точно, когда рассудок получает свою силу, и садится на пре- стол суда, он удаляет все вредное, а усвояет и делает приятным все полезное. Не видел ли ты в городе, каким страхом охватываются, когда садится на суде судья, не только виновные, но также и невинные? Таким же образом, когда ум бывает здрав, и подобно судье садится на трон суда, страх и трепет превращают в бегство то, что было прежде сделано незаконного: не только обличаются неправые мысли, но и невин­ные движения ума боятся и охватываются страхом. Подобно этому, когда судит Бог, то даже звезды не объявляются пред Ним чистыми, и не оправдывается сам Павел: хотя я ничего не знаю за собою, но тем не оправдываюсь (1Кор.4:4). Таким образом, когда ум произносит себе суд и надлежащими обличениями исследует изъяны, то ничто не пригодно для оправ­дания его, по сказанному: кто может сказать: я очистил мое сердце, я чист от греха моего (Притч.20:9)? Кроме того, написано: нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы (Екклез.7:21); а также: о чем говорите в сердцах своих, о том сокрушайтесь на ложах ваших (Пс.4:5); и сам Павел говорит: да испытывает же себя человек (1Кор. 11:28), и опять: если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы (1Кор.11:31). Не без причины Он повелевает нам рассуждать о себе самих. Ты не осмеливаешься и не желаешь возмущать свою совесть, исследуя свою жизнь, для того, чтобы не иметь побуждения изгнать найденные весьма многочисленные грехи. Мы знаем, что многие одержимы этим пороком. Из того, что случалось со мною, я считаю за исследованное и досто­верное то, что происходит с остальными. Я сам, хотя часто желал спокойно взвесить всю свою жизнь и тщательно иссле­довать, но никогда не решался, чтобы не угнетать своего ума чрезмерною скорбью и печалью. Если бы мы пожелали тщательно и внимательно испытать все наши грехи и привести их себе на память, то, конечно, тогда наши старания были бы истинными и чистыми. Если же мы тщательно беспокоим ум, и предаемся бездействию, в таком случае какая нам от этого будет польза? Да и что, скажут, за приятность исследовать свою жизнь только затем, чтобы подвергаться величайшей скорби? Здесь мы терзаемся духом, а там будем подвержены наказанию. Но я утверждаю, что такая печаль весьма полезна: если тебе досадно исследовать себя, то ты потом ревностно будешь остерегаться думать о грехах. И не в этом только будет польза для тебя, но ты будешь иметь клятву Бога относительно того, что Он к тебе будет снисходителен по написанному: припомни Мне; станем судиться; говори ты, чтоб оправдаться (Ис.43:26). Если только сказание своих беззаконий оправдывает, то тем более, – когда у тебя будет такое великое исповедание их. Для грешника нет большей пользы, как всегда иметь в уме и пред глазами свои грехи и как можно чаще сокрушаться и испытывать себя. Ничто ско­рее этого не умилостивляет гнев Божий: ни посты, ни лежание на земле, ни бдение, ни иное прочее в этом роде. Я покажу тебе это из священного Писания: беззаконие мое я познал и греха моего я не скрыл, сказал: "исповедуюсь Господу в беззаконии моем", и Ты простил нечестие сердца моего (Пс.31:5). Говорит: сказал. Не видишь ли, какая сила заключается в этих словах: говори ты, чтоб оправдаться (Ис.43:26)? Потом: беззаконие мое я познал и греха моего я не скрыл (Пс.31:5). Ужели Бог не знает, если ты не поже­лаешь объявить об этом? Разве Он не имеет в Себе все­ведущего знания, благодаря которому все, что совершается, является как бы написанным в Его уме. Но говорят: по крайней мере мы не подвергаемся мирскому позору, и никто нас не осмеивает и не презирает. С такими соображениями ты не можешь избежать и здесь насмешек и достичь будущих благ. Если ты скажешь: каким образом это может быть? то я тебе отвечу: пользуясь таким утешением, мы будем совер­шать здесь все большие преступления, а там будем преданы вечным наказаниям и мучениям.

 

5. Правда Моя близка; спасение Мое восходит, и мышца Моя будет судить народы; острова будут уповать на Меня и надеяться на мышцу Мою. Он говорит о Своей праведности, которою Он поль­зуется как здесь, так и там. Правда Моя близка, т.е., Мой суд, но не милосердие. Спасение Мое восходит: что иное означает это выражение, как не – явно и внезапно? Мышца Моя будет судить народы; острова будут уповать на Меня и надеяться на мышцу Мою. Симмах говорит: и Мои мышцы будут судить народы. А прочие говорят: язычников. Во всех этих выражениях одно и то же значение.

 

6. Поднимите глаза ваши к небесам, и посмотрите на землю вниз: ибо небеса исчезнут, как дым, и земля обветшает, как одежда, и жители ее также вымрут; а Мое спасение пребудет вечным, и правда Моя не престанет. Смо­три, как пророк приводит примеры для того, чтобы пока­зать легкость возвращения, подобно тому, что совершилось в Египте и что случилось с Авраамом. Теперь опять возвра­щаясь к творениям, он говорит о силе Божией: ибо небеса исчезнут, как дым. Акила говорит: небо свернулось как дым; Фео­дотион говорит: небо будет, как твердая соль. Темно-синий и хрустальный цвет неба пророк сравнивал с формою прозрачной соли. 70 толковников говорят: как дым. Ясно, что никто не может сделать дым твердым, только Божие всемогу­щество. И земля обветшает, как одежда. Пророк представляет две взаимно противоположные вещи: Бог сделал твердым то, что было нежным, и сделал мягким то, что было твердым, по­казывая, что Ему легко все делать.

И жители ее также вымрут, т.е. те, которые оби­тают на этой земле. Мне кажется, что здесь пророк своими словами желал обозначить также небо. Бог может разрушить то, что есть не что иное, как дым. И конечно, если Бог желает, то Он может рассеять небо, как дым, так как оно имеет твердость не по своей природе, но по воле Творца. Для того, чтобы оно было прекрас­ным и блестящим, Он сделал его нежным и легким, сохраняя его Своею силою. Если, говорит, Я могу разрушить небо, то тем более Я могу уничтожить людей – ваших вра­гов, когда пожелаю. Таким образом, для посрамления людей развращенных, Он прибавляет такие слова: Послушайте Меня, знающие правду.

 

7. Послушайте Меня, знающие правду, народ, у которого в сердце закон Мой! Не бойтесь поношения от людей, и злословия их не страшитесь. А прочие гово­рят: не бойтесь укоров, как и Сам Христос говорит: блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесья (Мф.5:11).

 

8. Ибо, как одежду, съест их моль и, как волну, съест их червь; а правда Моя пребудет вовек, и спасение Мое – в роды родов. Акила говорит: как ризы, которые поедает ржавчина. Симмах говорит: червь; Феодотион: моль. Как одежду, съест их моль. Итак, ужели никого не уязвляют бесчестие и клеветы? Потому Езекия говорил: да услышит Господь Бог твой словеса (Рапсакова), укоряти Бога живого (срав. Ис.307:4). И сам Давид говорил: избавь меня от клеветы человеческой (Пс.118:134)). За порицание Бога в скором времени сошел гнев. Пророк же (здесь) говорит о клеветническом порицании людей. Давид, действительно, отомстил своему врагу Семею, но он не сам убил его, а повелел убить своему сыну, хотя Семей никогда не сделал вреда последнему, – для того, чтобы и других подобных ему удержать. Потому пророк выше говорит праведникам: послушайте Меня, знающие правду, народ, у которого в сердце закон Мой; и потом: и как одежду, съест их моль. Эти слова он говорит или о порицаниях, или о порицателях, – почему и прибавляет: Мое спасение пребудет вечным, и правда Моя не престанет, – что и Сам Христос сказал: радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах (Мф.5:12). Если прейдет небо, т.е., форма небес, которая теперь необходима, а также и человеческая природа изменит свою форму, тогда что останется твердого и устойчивого? Мое спасение пребудет вечным. Что ты говоришь? Ужели спасение будет и тогда, когда ты подвергнешь наказаниям и поразишь? Конечно: хотя для погибших это не спасение, а правда, но для искуплен­ных – спасение. Веки вечные не могут воспрепятствовать спа­сению и правде. Подобно тому, как невозможно не быть Богу, а напротив необходимо Ему быть всегда и жить во век, так же необходимо, чтобы всегда и постоянно царствовали правда и спасение. Если же кто скажет: почему люди не разумеют этого? – то я отвечу словами священного Писания: помилуй меня, Боже, говорит, по великой милости Твоей (Пс.50:1). Псалмопевец назвал милость только великой, но какова она, он сам не знает. И по множеству щедрот Твоих (там же). Здесь он утвер­ждает, что щедроты многочисленны; но как велики щедроты Его, он совершенно не знает. И сам Павел говорит: как безмерно величие могущества Его (Ефес.1:19); но каково оно, он не может знать, и потому он называет его величием и даже безмерным величием, чтобы ты не осмелился его никогда исследовать. Чем более ты будешь исследовать, тем более оно будет превосходить твои размышления. Если бы ты мог когда-либо обнять его умом, то тогда было ли бы величество преспеющим? Потом в ином месте он же говорит: благодарение Богу за неизреченный дар Его (2Кор.9:15). Никто не может исповедать Его.

Но посмотрим: ужели невозможно каким-либо образом уразуметь то, что невозможно исповедать? Не всегда бывает так, чтобы мы не могли даже понимать того, что мы не можем исповедать. Конечно, говорит, мир превышает всякий разум; потому говорится: мир Божий, который превыше всякого ума (Филип.4:7). Здесь говорится, скажут, о мире, мы же исследуем о милосердии и о величайших дарах. Что же, скажи, находится более прево­сходного, чем мир с милосердием? Мир есть великий и особенный дар милосердая. Но обратимся умом к тому, где особенно находится преспеющее милосердие Божие: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1Кор.2:9). Если же иногда бывает речь отно­сительно меры, то ты остерегись думать, что милосердие Бо­жие имеет такую меру. Вот я разъясню сказанное: как отец ущедряет сынов, так Господь ущедрил боящихся Его (Пс.102:13); в евангелии же читается так: вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим (Мф.7:11). И сам пророк говорит: забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя (Ис.49:15). Эти примеры приведены здесь не для того, чтобы показать, что мера милосердия Его одинакова с теми, но потому, что мы не знаем милосердия больше отеческого, оно является самым великим в наших мыслях. Чтобы ты таким обра­зом верил в сказанное, выслушай, что говорится: забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя (Ис.49:15). Таким образом, когда ты слышишь: насколько отстоит восток от запада, (настолько) Он удалил от нас беззакония наши (Пс.102:12), то ты остерегись думать, что таково только расстояние, но считай его гораздо большим. Так как ты не знаешь иной меры больше той, то псалмопевец и воспользовался известным тебе примером. Но что это расстояние гораздо больше, ясно из следующих слов: Я Сам изглаживаю преступления (Ис.43:25), истребив (Колос.2:14). Здесь, таким образом, больше, чем отдаление грехов: то, что отдалилось, может придти вновь; но то, что однажды уничтожено, больше уже не пишется. Потом в ином месте говорится: Отец милосердия и Бог всякого утешения (2Кор.1:3). Что он желает показать этими словами? Мне кажется, что он показывает этим, что милосердие Его непостижимо, подобно тому, как непостижим Он Сам. Так как непостижима Его сила, то таково же и все то, что относится к этой силе, по сказанному: все, что восхотел Господь, сотворил (Пс.134:6); а потом: Богу же всё возможно (Мф.19:26). Тот, Кому принадлежит неизмеримая сила, необходимо одарен неизме­римою также премудростью. Таким образом, если нет меры Его премудрости, то ужели мы можем измерить Его милосер­дие? Никоим образом; мы всегда должны мыслить, что то мило­сердие, которым все установлено, неизмеримо. Сверх того, о Его любви также говорится: так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного (Ин.3:16); о судах же Его говорится: судьбы Твои - бездна великая (Пс.35:7); а о милосердии: Ты являешь милость тысячам (Иер.32:18).

Этими словами мы не желаем побуждать вас к ле­ности, но оживляем доброю надеждою и милосердием Божиим тех, которые находятся без надежды. Поистине, как велико милосердие Его, так велик гнев Его. Так и Хри­стос говорит: на небесах более радости (Лк.15:7). Но, увы, что такое человек? Если говорится: народы – как капля из ведра, и считаются как пылинка на весах (Ис.40:15), если, говорю, все люди вменяются таким образом, то как будет только один достоин явиться пред лицом Господа, особенно когда он грешник? Но спасе­ние человеческое служит для Бога предметом такой заботли­вости, что Он ради одного кающегося грешника подвергает радости небо и землю. Что иное может сравниться с таким попечением? Но ты не думай, что Сын послан Богом Отцом только для спасения всего мира. Если бы только один человек нуждался в искуплении, то тем не менее Бог не нашел бы недостойным послать Своего Сына. Скажут: какими соображе­ниями ты можешь это подтвердить? Выслушай говорящего Павла: предал Его за всех нас (Рим.8:32). Это есть также признак справедливости, потому что не сказано: за богатых и сильных, а не за бедных или за мудрых только, а не за немудрых, за неимущих, а не рабов, – но за всех, так что Он всех ценил одинаково. Но в иных словах апостол говорит, что Он предал Себя за него: а что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня (Гал.2:20). Что ты говоришь, Павел? Ужели ты желаешь ограничить дары Божии? Не ты ли недавно сказал: Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас (Римл.8:32)? Почему же теперь говоришь: предавшего Себя за меня (Гал.2:20)? Конечно, говорит, для того, чтобы показать тебе, что хотя бы нужно было предать Сына ради одного, и тогда Бог ни под каким условием не отказался бы исполнить это. Желаешь ли, чтобы я показал тебе это с помощью какого-либо сравнения? Но разве не одна только погибла овца, а девяносто девять уцелели? Однако, медлил ли Он, не предпочел ли Он оставить тех и пойти по горам, равнинам и долинам? Пре­кратил ли Он Свое хождение прежде, чем нашел ее? Разве остальные не могли бы быть для Него утешением, когда отсут­ствовала одна только? Подобного рода вещи проявляются там, где, конечно, существует горячая любовь. Также и жадный к золоту, хотя он имеет много денег, если потеряет одну мо­нету, подвергается сильной скорби, потому что он любит всю силу своих денег. Посмотри, пожалуйста, на любовь Его после того, как найдена одна овца: с каким попечением и лю­бовью Он полагает ее на Свои плечи; Он не наносил ей уда-ров, не подвергал ее какому-либо иному наказанию. Конечно, таково свойство любящих и расположенных людей, что даже когда их оставляют друзья, когда они удаляются, даже вредят им, они ни под каким видом не гневаются на обиду, но только желают возвращения и примирения. Какие обиды мы на­носили Богу, или как возбуждали гнев Его! Но Бог мстил ли нам после этого? Никак, но Он даже говорил: Я пришел не судить мир, но спасти мир (Ин.12:47). Почему же вы бежите, почему удаляетесь? Мы – посланники от имени Христова, говорит апостол, и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом (2Кор.5:20). Но ужели это – после оскорбле­ний и бесславия? Конечно, говорит, и тогда примиритесь. Итак поспешим и мы, чтобы Он примирился также с нами.

 

9. Восстань, восстань, облекись крепостью, мышца Господня! Восстань, как в дни древние, в роды давние! Не ты ли сразила Раава, поразила крокодила? По переводу 70 ясно, что это повеление дано было городу. Если всячески должно повиноваться царю, повелевающему что-либо, то тем более Богу, когда Он кому-либо что повелевает. Акила же говорит: восстань, восстань, и крепость облеки в мышцу твою; здесь у него непосредственно читается то слово, которое обозначает имя Господа. Но 70 выражение: восстань, восстань, относят к Иерусалиму, как ясно из последующих слов, потому что прибавляют: не ты ли еси опустошаяй море? (так в ц. сл. тексте). Акила говорит: может быть, ты, опусто­шивший море. Ничто не препятствует понимать эти слова об Иерусалиме: все бывшие чудеса совершались ради народа, как он называет Иерусалим: Бог, говорит, действовал, но все это совершалось для народа. По этой причине пророк обра­щает речь к Богу, чтобы показать, что те чудеса соверша­лись Им ради народа, т.е., ради Иерусалима. Итак, оставив кажущееся сомнение, которое в действительности не есть сомне­ние, и возвращаясь к начатому нами, мы будем объяснять по переводу 70.

Облекись крепостью, мышца. Этим пророк обозна­чает отвержение грешников. Подобно тому, как по окончании болезни больной выздоравливает и крепнет, так и после удаления грехов выздоравливают души. Греховная грязь уменьшает душевные силы и часто развивает болезнь. Расслабленная и согбенная жена, а также коринфяне, которые были немощными за грехи (1Кор.11:30), пусть выскажут сви­детельства относительно этого. Не говори, что форма тела не уродуется вследствие грехов. Подобно тому, как вследствие болезни тела уменьшается острота души, так и тело бывает участником в болезни души. И все это есть даже дело мило­сердия Божия: дух с трудом узнает о своей болезни и каз­нях грешников, а потому Бог установил, чтобы тело также чувствовало таковые труды, так чтобы мы побуждались к испра­влению зол, которыми мы связаны, чрез телесные болезни. Если желаешь, то прежде всего исследуем гнев. Не видишь ли ты, каким образом гнев обезображивает тело? Потому и премудрый говорит: муж ярый неблагообразен (Притч.11:25). То, что гнев губит и душу, ясно из следующего: гнев губит и разумных (Притч.15:1). Таким образом, по телу за­метно, когда оно бывает угнетено бременем зол, что и душа также подвержена таким же тягостям. Таким же образом, когда дух находится под бременем, то и тело принимает в том же участие. Добродетель делает здоровыми не только души, но также и тела, сохраняя их от разложения, на подобие острой и холодной зимы.

Востани, востани, Иерусалиме (в русском переводе слова "Иерусалим" - нет). После опустошения, он был громадной развалиной: он не только был ниспровергнут до основания, не только были разрушены здания, но отверженный город сидел во прахе и горел от огня грешников. Бла­гочестие было на словах, так как он был сильно поврежден грехами и беззакониями, плен же принес ему весьма большую пользу. Кем было это совершено, по какой причине Иерусалим подвергся наказаниям и каким образом он мог освободиться от жестоких уз, – относительно этого учит этот самый про­рок. Он учит, что как падение Иерусалима произошло от него самого, так от него же самого произойдет воскресение и восстановление прежней добродетели. Потому он увещевает Иерусалим только к этому. То, что от него самого произошло падение и восстановление, ясно из следующего.

Восстань, как в дни древние, в роды давние. Пророк утвер­ждает и убеждает Иерусалим к такой перемене. Не ты ли иссушила море, воды великой бездны, превратила глубины моря в дорогу, чтобы прошли искупленные? (ст. 11). Здесь говорится об египтянах и о переходе чрез море. Твоею ли силою совершилось все это? Ты не мог совершить этого сам собою, но все это совер­шила и довела до конца рука Божия. Эти слова пророк гово­рит для того, чтобы ты знал, что все совершено ради тебя, чтобы и ты не думал, что Бог делает что-либо напрасно и необдуманно: Он делает не прежде, чем ты подал повод к этому. На что, говорит, мне показывать великое и удивительное? Народ кричал и стонал вследствие своих притеснений: Я увидел страдание народа Моего в Египте и услышал вопль его от приставников его; Я знаю скорби его (Исх.3:7). То, что Бог сделал чрез Моисея, пророк приписывает народу. Ви­дишь ли, как могуществен тот, кто повинуется Богу, и как бессилен противящийся Богу? Не от тебя самого тогда была сила и не вследствие твоей слабости пришли настоящие бедствия, но первую ты получил ради своей добродетели, а последние пришли на тебя ради твоих грехов. Обрати внимание на то, что он говорит: они подверглись разрушению вследствие гор­дости и вследствие какой-то надежды, которая не принесла им никакой пользы. Если, таким образом, те погибли по при­чине своей гордости, то эти, также пребывающие в безумии, каким образом могли освободиться? Бог не только истребил их, но подверг также осмеянию и позорищу. Так как паде­ние на землю показывает слабость падающих, то поэтому и они (египтяне) за то, что топили мальчиков в водах, сами пото­нули в водах подобным же образом. Вспомни, говорит, о прежней славе твоей, научись, если желаешь, тому, что тебе присуща великая добродетель. Не ты ли иссушила море? Не говори, что ты победил равных себе народов, – когда ты победил как бы самую природу: была изменена природа, ты почти господствовал над творениями, когда благоволил к тебе Господь творений, Который никогда не завидовал тебе, ты же, как искренний друг, повелевал творением друга. Превратила глубины моря в дорогу, чтобы прошли искупленные. Ты подверг муче­ниям своих неприятелей, сам же имел новый путь. Пророк потому исчисляет чудесные благодеяния, чтобы напоминанием древних добродетелей убедить их любить Бога, побудить их к тому, чтобы они и теперь, как прежде, обратились к Господу. Он есть, говорит, Бог твой. И возвратятся избавленные Господом и придут на Сион с пением, и радость вечная над головою их; они найдут радость и веселье: печаль и вздохи удалятся. На главе их будет радость, как бы некоторый венец или трофей. Печаль и вздохи удалятся: хотя это было тогда сказано отно­сительно их образно, но впоследствии это должно было совер­шиться в действительности. Печаль и вздохи удалятся. Так как множеством грехов мы навлекли скорби, печали и воздыхания, то поэтому пророк говорит: если ты истор­гнешь корень, то тогда иссохнет и то, что произошло от того корня. Так как ты избрал себе тяжелую жизнь, то, когда начнешь говорить: почему Бог дал нам тяжелую жизнь, тогда вспомни о начале ее, вспомни, что мы сами были причи­ною наших притеснений. Бог не желал, чтобы в нашу при­роду вторгались печали, так как, сотворив ее, Он даровал ей величайшие блага. Если ты не веришь этому, то выслушай Священное Писание, которое говорит: нашел, что Бог сотворил человека правым, а люди пустились во многие помыслы (Еккл.7:30). Выслу­шай же, каким Адам был сначала: не было ни печали, ни заботы, которые присоединились потом, как наказания; ему следовало воздерживаться от зол, о которых он и не по­мышлял прежде. Подобным же образом, когда говорится: скорбью будешь питаться (Быт.3:17), то ясно, что человек прежде был подвержен радости; а также, когда говорится: в поте лица твоего (Быт.3:19), то ясно, что прежде он проводил жизнь без пота и труда; когда говорится: в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь (Быт.2:17), то отсюда следует, что прежде Адам был бессмертным. Потому Христос, желая показать нам, что Он восстановил нас в прежнее состояние, увидевши после Своего воскресения жен, которые были ма­терями печали, прежде всего произнес им слово, кото­рое совершенно было противоположно печали, говоря: радуйтесь (Мф.28:9); если по вашей вине пришла печаль сначала, то теперь ради Меня приходит наконец радость. Точно также и Павел часто говорил: радуйтесь всегда в Господе (Флп.4:4). Древнее прошло (2Кор.5:17). Если смерть не есть более смерть, то и печаль не есть более печаль. Итак, если сокру­шено жало смерти, то разрушены также и действия грехов, по­тому что печаль входит в душу вместе с грехами. Тогда, говорит, отбежат скорби и печали и воздыхания; отбежать же означает не что иное, как удалиться.

 

12. Я, Я Сам – Утешитель ваш. Я всегда один и тот же; хотя изменилось положение вещей, однако Я не изменился, но Тот же, Который был. Справедливо сказано: Я, Я Сам – Утешитель ваш, потому что все блага бывают ничем, когда нет Того, Кто утешает; поэтому и Павел говорит: утешающий нас во всякой скорби нашей (2Кор.1:4). Будем же всегда молиться Тому, Кто причиняет печаль и дает долготерпение для нетерпеливых; никогда не будем стремиться к тому, чтобы быть богатыми, но к тому, чтобы только Бог благоволил к нам. При Божием благоволении, мы, будучи и бедными, можем быть радостны; когда же Бог гневается, то хотя бы мы были бога­тыми и состоятельными, мы все будем томиться от печали. Когда Бог нам враг, то хотя бы у нас были и блага и друзья, от них не будет никакой пользы; когда же Бог к нам благорасположен, то ничто враждебное не может повре­дить нам.

Кто ты, что боишься человека, который умирает, и сына человеческого, который то же, что трава. Справедливо пророк приводит на ум знатность его (Иерусалима), как бы какой-либо царской дочери, которая боится своих слуг. Скажи, пожалуйста, кем ты был? Эти слова: "кто ты" обозначают многое: во-первых, то, что он (народ еврейский) прежде про­чих людей познал Бога; потом, ты один был освобожден от заблуждений, ты один почитал добродетели, тебе одному Я открыл сокровенное и невидимое Своей премудрости, по ска­занному: не сделал Он сего ни одному (еще) народу и судов Своих не явил им (Пс.147:9). Какой народ Бог избрал таким образом, или кто когда-либо слышал голос Божий, как слышали они? Кем ты был? Что более привлекает тебя: телесная доблесть, или душевная мудрость? Блага, которые пришли издалека, или блага, которыми ты пользовался дома? Кто ты и почему боишься человека, который умирает: разве Я не даровал тебе жить жизнью бесплотных сил? Если не открыто, то как бы прикровенно Я даровал тебе таковую жизнь. В течение сорока лет ты не обрабатывал земли и не собирал жатвы, и тем не менее ты пользовался всеми благами. И хлеб небесный дал им: хлеб Ангелов ел человек (Пс.77:24-25). Ничего человеку не дается без труда. Кем ты был и почему убоялся? Ты господ­ствовал над самою смертью. Бог прежде явил будущее и весьма часто освобождал их от бедствий. Он был бессмерт­ным – потому, что имел Бога как бы своим вождем; он мог столько, сколько сам желал.

Который то же, что трава. Видишь ли бессилие природы? Хотя она внушила тебе страх, но не своею силою, а по причине твоего бездействия. Кто боится сена? Или, как если бы кто сказал нам: кто ты таков и почему боишься диавола? Он повелел тебе попирать змия, почему же ты боишься его? Сам Христос с тобою, почему же ты боишься врага?

 

13-16. И забываешь Господа, Творца своего, распростершего небеса и основавшего землю. Одно дело творение и промышление, а другое – могу­щество и попечение. Не одно и то же забыть отца и Бога, Кото­рый есть первая и истинная причина. Ты не увидел Бога, со­творившего тебя, но разве ты не видишь небо, которое всегда приводит тебе на ум творение? Куда бы ты ни пошел, небо представляется тебе, как какая-либо твердая и устойчивая статуя. Оно окружает тебя, говорит и проповедует о Творце, и куда бы ты ни пошел, везде ты найдешь небо учителем.

И непрестанно, всякий день страшишься ярости притеснителя. Акила говорит: мучающего тебя. Как бы он готов был истребить? Прочие же говорят: призвать тебя. Но где ярость притеснителя? Скоро освобожден будет пленный. И теперь желаешь ли ты узнать, кто это такой? Обрати внима­ние: Я Господь, Бог твой, возмущающий море, так что волны его ревут: Господь Саваоф – имя Его. Итак, Он есть господствующий над всем этим. И Я вложу слова Мои в уста твои. Подверг­шись многим бедствиям, они лишились также утешения воз­вещать определения Божии. Потому и говорится: вложу слова Мои в уста твои. А один из переводчиков говорит: сделаю то, что ты всегда будешь размышлять о законах Божиих, чтобы таким образом возбудить попечение твое и желание. И тенью руки Моей покрою тебя, чтобы устроить небеса и утвердить землю. А Симмах говорит: на которой насадил тебя, под этими си­лами, и охранял тебя различными стражами.

 

17-23. Воспряни, воспряни, восстань, Иерусалим, ты, который из руки Господа выпил чашу ярости Его, выпил до дна чашу опьянения, осушил. Так как пророк выше сказал: кем ты был и почему убоялся гнева ярости притеснителя? – то для того, чтобы Иерусалим не думал, что он подвергся нака­заниям от людей, он прибавляет: из руки Господа выпил чашу ярости Его. Писания всегда называют нака­зания чашею; пророк прибавляет: до дна, чтобы показать угрожающее наказание Божие. А так как таковое наказание схо­дит глубоко, в самое сердце, то пророк говорит: выпил и осушил. Он приводит справедливую причину, и так как гнев следовало умилостивить, то говорит: ты исполнил меру наказаний, испил, опустошил чашу, так что от нака­заний не осталось ничего.

Но чтобы показать, что никто не мог помочь ему (Иеруса­лиму), пророк говорит: некому было вести его из всех сыновей, рожденных им, и некому было поддержать его за руку из всех сыновей, которых он возрастил. Он напоминает им о великих и горьких наказаниях, говоря, что они не только подверглись скорби, но так измучились от несчастия, что в их бедствиях не нашлось утешителя. Говоря: некому было поддержать, пророк не обвиняет сынов его, но этим старается научить, что наказа­ния произошли с неба, так что даже и самые сыны не желали утешить своей матери. Почему ты бежишь к чужим, когда даже среди твоих домашних не было тебе никакой надежды? Когда наказывает Бог, то не должно полагать надежды ни в обилии войск, ни в крепости городов.

Тебя постигли два бедствия, кто пожалеет о тебе? – опустошение и истребление, голод и меч: кем я утешу тебя? Ужели сыны твои, которые и сами нуждаются в утешении? Кроме того, кто в состоянии переносить голод? Итак, чтобы научить тебя, что война происходит также с неба, Он послал также голод. Сыновья твои изнемогли, лежат по углам всех улиц, как серна в тенетах, исполненные гнева Господа, прещения Бога твоего, т.е. они были полумертвыми вследствие опустошительного голода. Симмах говорит: как сеть, потому что, как сетью они не могут удержать воды, так их старания не могут утолить гнев Божий. Пророк говорит: были исполненные гнева Господа, прещения Бога твоего.

Итак выслушай это, страдалец и опьяневший, но не от вина. Так говорит Господь твой, Господь и Бог твой, отмщающий за Свой народ: вот, Я беру из руки твоей чашу опьянения, дрожжи из чаши ярости Моей: ты не будешь уже пить их, и подам ее в руки мучителям твоим, которые говорили тебе: "пади ниц, чтобы нам пройти по тебе"; и ты хребет твой делал как бы землею и улицею для проходящих. Акила говорит: плечи твои; Симмах же: хребет твой. Улицею для проходящих. Смотри, когда Он был уже готов освободить их, Он показывает угрожающие им великие наказания, и что никто не может отвратить таковых бедствий, так чтобы и после благодеяний они не забывали о благах или о грехах, ради которых они подверглись наказа­нию. Воспоминание то о грехах, то о наказаниях и благодеяниях полезно людям. Бог измышляет многое подобное, чтобы по­будить нас к смирению и пользе другим, – приводил Он на ум их воспоминание не только о благодеяниях, но также и о наказаниях после благодеяния, именно, обо всем, что соверши­лось в Египте и что во время потопа. Знамением потопа была радуга. Грех содомитян показывает попаленная земля. Ра­дуга видима по всему земному кругу, знамение же греха содом­ского не повсюду видимо. Смотри, таким образом небо и земля представляют знамение гнева Божия: одно усматривается очами, другое же возвещается прочим людям по слуху. Медный змей был знамением относительно иудеев, листы жертвенника были также знамением. Мы имеем много знамений ада в слабостях, болезнях, тяжких наказаниях, так что из этого мы можем гадать о будущем. Кто не слыхал о гневе, излившемся на со­домитян? Где среди языков не было слышно об этом? А наказания иудеев разве недостаточны для того, чтобы мы познали будущие наказания? Город разрушен, храм сожжен, скорби, притеснения, рассеяние тех, которые распяли (Христа); все они без полей, без городов, в дырявых платьях блуждают по вселенной. То, что они рассеяны не силою человеческою, ясно из того, что иногда при помощи Божией они побеждали маке­донян, персов и мидян, но великая сила Распятого их рас­сеяла и разбросала таким образом. Когда Финеес убил одного человека, то он получил великие блага. Когда сам Моисей сделал то же, то и ему были величайшие дары. Теперь же, если они убили действительно противника Божия, то почему же они подверглись мучениям, почему они рассеяны и разбросаны по вселенной? Кто не верит в адские наказания, тот пусть обратит свой ум на наказания, происходящие с иудеями, или на наказания Сапфиры и Анании, которые, посвятив прежде свое имущество Богу, потом погибли, как грабители храма.

В начало Назад На главную

 Проект «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования»
Сайт создан при поддержке РГНФ, проект № 14-03-12003
 
©2008-2017 Центр библеистики и иудаики при философском факультете СПбГУПоследнее обновление страницы: 24.3.2014
Страница сформирована за 46 мс 
Яндекс.Метрика