Этот текст скопирован из другой on-line библиотеки, адрес исходного файла в которой не удаётся определить по техническим причинам

Ссылки, приводимые ниже, могут не работать или вести на страницы вне нашего сайта – будьте внимательны и осторожны: создатели сайта «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования» не несут ответственности за возможный риск, связанный с переходом по ссылкам на другие сайты. В особенности будьте внимательны при переходе по ссылкам рекламного характера, ссылкам, смысл которых Вам непонятен, и по ссылкам, текст которых отображён явно некорректно.

Авторские права (если таковые существуют) на приводимый ниже текст принадлежат авторам оригинальной публикации

.

СОБЕСЕДОВАНИЕ

НА ПСАЛОМ 94

 

на слова: "приидите, возрадуемся Господу" (Пс.94:1)

 

Звук трубы возбуждает в воинах воинский дух и ободряет их к сражению с неприятелем, а приближение бури побуждает мо­ряков оставить гавань и вывести корабль в открытое море. Подоб­ным образом нас собрала на это духовное празднество торжествен­ная песнь песнопевца Давида, прозвучавшая нам сегодня из его книги. Что же говорит он? "Приидите, возрадуемся Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему. Предстанем пред лицем Его во исповедании и во псалмах воскликнем Ему" (Пс.94:1,2). Вот что говорит Давид; вот добрый призыв; вот духовная пища. "Приидите, возрадуемся Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему. Предстанем пред лицем Его во исповедании". О, человеколюбие Владыки! О, увещание пророческое, зовущее нас к покаянию! Здесь ты видишь великое человеколюбие Владыки, слышишь отрадную проповедь пророка: она всех нас обращает к покаянию, призывает к благочестию и спасению. "Приидите, возрадуемся Господу". Господь повелевает, пророк призывает, и мы должны пови­новаться. Конечно, он призывает нас не к тленному пиршеству, доставляющему удовольствие нашему чреву. Вот как зовет нас его сладкогласная лира: "приидите, возрадуемся Господу". Итак, все мы, соединившись узами любви к нему и приняв иго послушания, припадем ко Владыке, очистившись от содеянных нами за день пре­грешений. Только в настоящей жизни возможно покаяние, а на долю будущей остаются угрозы и суд. Послушай, что говорит об этом сам пророк: "в аду кто исповедает Тебя?" (Пс.6:6). Итак, пусть ничто не удерживаете нас, но от всего сердца будем умо­лять Бога. Он с готовностью слушает моления просящих Его; только ты не ленись просить Его. Бог всегда готов слушать тебя. Тебе не нужно ни делать далеких путешествий, ни переплывать моря. Послушай, что Он говорит: "Царствие Божие внутрь вас есть" (Лк.17:21). От тебя не требуется никаких трат или издержек, – только обратись к Нему с плачем и тотчас преклонишь Его на милость к тебе. Обратился никогда Езекия к стене [говоря: "о, Господи! вспомни, что я ходил пред лицем Твоим верно и с преданным Тебе сердцем, и делал угодное в очах Твоих. И заплакал Езекия сильно" (4Цар.20:3), и Господь продолжил его жизнь], не к каменной, конечно, обратился он стене, но к стене, созидаемой уче­нием апостолов и пророков. Разумею ту стену, о которой Павел похваляясь говорил: "мудрый строитель, положил основание" (1Кор.3:10), – ту стену, в которую вложен краеугольный Камень. Разумею Христа, [о Котором Писание говорит: "камень, которым пренебрегли строители, он стал во главу угла" (Пс.117:22), – разумею стену, построенную из святых камней, о которой говорит Писание], что (в ней) "подобно камням в венце" (Зах.9:16), – разумею ту стену, из которой создан храм Божий. Что ты делаешь, Езекия? Зачем обратился ты к стене? [Краеугольный Камень, говорит, я ищу, – Краеугольный Камень, который есть Христос] Его я ищу – Подателя жизни и Избавителя от смерти; Его ищу и к Нему прибегаю. Обратившись и вместе с тем покаявшись, он приобрел себе жизнь и отклонил приговор, произнесенный о нем Богом, и Бог приба­вил ему пятнадцать лет жизни. И когда со всех сторон был окружен и осажден врагами город, явился ангел, поборающий по нем, и поразил бесчисленные полчища ассириян. Такова сила по­каяния! "Пошел Ангел Господень", говорится, "и поразил в стане Ассирийском сто восемьдесят пять тысяч" (4Цар.19:35). А самого вождя их Сеннахирима отпустил Бог живым не по чему другому, я думаю, как только чрез то, призывая его к покаянию. Известно именно, что когда Бог увидел, что он не убедился этим и не обратился, но остается твердым и непримиримым в своей злобе, тогда руками двух его сыновей Бог предал его смерти. Когда он думал, что уже избежал насланной Богом пагубной смерти, воз­вратился на родину и готов был наслаждаться благами мира в безопасности, тогда два сына его, Адрамелех и Сарасар, убивают его и убегают в горы Араратские. Видишь, возлюбленный, что при­несло Езекии его исповедание, и какое зло причинила Сеннахириму его косность во грехе? Хочешь, я укажу тебе и другой путь покаяния и дверь исповедания? Подражай покаянию язычников: я разумею именно ниневитян. Они, не слышав ни евангельских слов, ни проповеди пророков, ни благовестия о царстве небесном, оказали, однако послушание пророку и – смотри – как припадают к Богу, как умилостивляют Его, как гнев Его прелагают на милость к себе, и как они отклонили приговор Божий, как смягчили Его гнев и расположили Его к человеколюбию, как свой город, сто­явший на краю гибели, оградили надежнее всякой стены и сделали его крепче адаманта. Богу угодны были не царский венец и держава, но пепел с власяницей; не блеск багряницы, но рубище; не злато­кованный трон, украшенный камнями, но исповедание (грехов). О, сила рубища, превосходящая и побеждающая царскую багряницу! О, могущество пепла, сильнейшее царского венца и престола! Ведь именно в то самое время, когда царь был в венце и сидел на троне в багрянице и с державою, т.е. царским жезлом, в руках, а кру­гом него стояло войско и толпилась свита, – в это именно время, может быть, вошел к нему пророк, обнаженный, ноги в пыли, лицо в поту, и произнес свои слова: "еще сорок дней и Ниневия будет разрушена" (Иона3:4). Что ты делаешь, о, пророк? Если действительно Дух Божий в тебе, то почему не знаешь ты воли Божией, что не погубить желая, но призвать к покаянию, Он изрек этот при­говор? Ничего больше, говорит, не сказал мне Бог кроме того, что "еще сорок дней и Ниневия будет разрушена". Что делаешь, о, Иона? По­чему не прибавляешь к этому никакого наставления. В самом деле, что сказано было Богом Исаии для передачи Израилю? Ничего другого, кроме одних этих слов. Каких слов? "Пойди и скажи этому народу: слухом услышите – и не уразумеете, и очами смотреть будете – и не увидите" (Ис.6:9). А между тем, видишь, какими различными на­ставлениями и поучениями он вразумляет их, какие убеждения и увещания и обличения предлагает им? Вот, например, как он обличает: "вол знает владетеля своего, и осел – ясли господина своего; а Израиль не знает [Меня], народ Мой не разумеет" (Ис.1:3). Вот его обличение. Послушай и его увещание: "омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло" (Ис.1:16); или опять: "если захотите и послушаетесь, то будете вкушать блага земли" (Ис.1:19). И еще многое другое говорит им Исаия и удостоверяет это, написав целую книгу. Не остановился и на этом, но приводит даже свидетелей в начале своей проповеди: "Слушайте, небеса, и внимай, земля, потому что Господь говорит". Что "говорит"? Скажи громко, Исаия. "Я воспитал и возвысил сыновей, а они возмутились против Меня" (Ис.1:2). А ты, Иона, не сделал ничего подобного, но возвестил гибель, говоря: "еще сорок дней и Ниневия будет разрушена". Ты ничего не сказал им о Боге, не ска­зал: "потому что Господь говорит", подобно Исаии, а произносишь жестокий и бесчеловечный приговор. Впрочем, ниневитяне, хотя и не были на­ставлены в учении, не слышали проповеди пророков, не получили обещания евангельской благодати, (не имели) ни любви к царству не­бесному, ни страха наказаний, но отличались скотским характером и жестокими и бесчеловечными нравами, – несмотря на все это, услы­шавши произнесенный над ними приговор, они тотчас обращаются к покаянию, исповедуясь в совершенных ими грехах, и это – даже не зная, получат ли прощение. В самом деле, что они говорили? "Кто знает, может быть, еще Бог умилосердится и отвратит от нас пылающий гнев Свой, и мы не погибнем" (Иона 3:9). Они не могли воспользоваться примером других, которые по­каялись бы и были спасены, у них не было других ниневитян, и поэтому они еще сомневаются в своем спасении, но все-таки каются. И тотчас царь, сбросив с себя венец и багряницу, облачается в рубище и посыпает себя пеплом, и за ним весь город – от ма­лого даже до великого, и не только люди, но и скоты, и быки, и овцы. Что делаешь, о, царь? Ведь согрешили люди, – зачем же ты и скотов заставляешь поститься? Зачем и на них возлагаешь вре­тища и пепел? Мы, отвечает он, отягчены многими грехами и недостойны умолить Бога. С каким лицом предстанем мы пред ним, и будем просить Его? Поэтому мы и заставили умолять за нас неповинных в грехах. Может быть, кто-нибудь наблюдал подобное и между людьми? Если кто нанесет оскорбление кому-нибудь из высокопоставленных лиц, то за него просят не принимавшие участия в оскорблении, чтобы ему был прощен его грех. Так и мы поступаем. Мы непростительно согрешили, мы недостойны про­сить за самих себе и умилостивить Бога; поэтому мы и заставили скотов, быков и овец, припадать к Богу и умолять Его. О, сила покаяния! О, могущество исповедания (грехов)! Покаяние оградило город, смягчивши приговор Божий. Но пророк еще не верит в спасение ниневитян; выйдя за город, он сидел в ожидании, что будет с городом: приговор или покаяние возьмет верх? То и другое как бы лежало в чашке или на коромысле весов: с одной стороны – осуждение, с другой – покаяние. И покаяние, победив смерть, спасло город. Тогда, – мне приходится сокращать речь, – опечалился Иона, что он должен оказаться лжецом. И как тогда поступил с ним всемудрый Бог? Он приказывает солнцу бросать на его голову палящие лучи до такой степени, что солнечный зной сделался для него нестерпимым. Когда же он от зноя страдал и приходил в отчаяние, ночью Бог повелел вырасти к утру тыкве и осенять тенью голову Ионы. По этому случаю я с удовольствием предложил бы иудею вопрос в таком роде: скажи мне, о, иудей, спрашивающий: как без мужа родила Дева, и как родившая осталась девой? – от­веть сначала ты мне: как земля в одно утро произрастила из себя тыкву, и как в одно мгновение развернулись листья тыквы и уже давали тень пророку? Тогда и я скажу тебе, как Дева родила и после рождения пребыла девой? Впрочем, не будем бросать святыни псам. Пусть извергнутся из нашего счета неверные иудеи! Итак, когда тыква давала тень Ионе, "устроил Бог так, что на другой день при появлении зари червь подточил растение, и оно засохло" (Иона 4:7). Смотри, иудей, и обуздай свое неверие, если Бог совершит что и гораздо более важное. В одну ночь выросла, и в одну ночь погибла (тыква). Когда тыква засохла, Иона был недоволен, огорчался, приходил в уныние, от печали о тыкве, и говорил: "лучше мне умереть, нежели жить" (Иона 4:8). Обратившись к нему, премудрый Бог утешает его, го­воря: "неужели так сильно огорчился ты за растение?" А Иона сказал: "очень огорчился, даже до смерти" (Иона 4:9). На это Бог говорит ему: "ты сожалеешь о растении, над которым ты не трудился и которого не растил, которое в одну ночь выросло и в одну же ночь и пропало: Мне ли не пожалеть Ниневии, города великого, в котором более ста двадцати тысяч человек, не умеющих" – при множестве жителей – "отличить правой руки от левой, и множество скота?" (Иона 4:10,11). Вот что говорит Он: Я человеколюбив и не желаю погибели дела рук Моих, которое Я создал с любовью. Именно поэтому Я угро­жал разрушением и смертью – не с целью убить, но с целью обра­тить к покаянию. В течение стольких лет Я ожидал их обраще­ния, и теперь, когда они только что обратились, Я должен презреть их? Это не свойственно Мне, Иона. Как человек ты желаешь осу­ждать, а Я как Бог хочу оказать человеколюбие. Слава Тебе, Гос­поди, слава Тебе! Какое богатство у Тебя человеколюбия и жалости! Только что находившиеся под смертным приговором теперь явля­ются учителями вселенной, – потому что их пример служит руко­водством для всех, и, вооружившись их покаянием, мы не потер­пим крушения. Итак, не будем откладывать день за днем. "Не хвались завтрашним днем, потому что не знаешь, что родит тот день" (Притч.27:1). "День Господень так придет, как тать ночью" (1Фес.5:2).

Итак, "приидите, возрадуемся Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему. Предстанем пред лицем Его во исповедании". Неизвестен конец нашей жизни, не ука­зан нам срок его, не назначено время ему. Но как только пове­лит Давший дыхание всем, тотчас душа наша отлетит от тела и оставит его безжизненным. Поэтому, зная неизвестность конца, все мы будем ожидать Жениха, и когда Он постучится в дверь, выйдем к Нему с возженными светильниками, имея с собой и елей, чтобы, как только раздастся кличь, что "Жених грядет", вам выйти к Нему на встречу: и да не окажемся мы тогда вместе с пятью неразумными девами вне брачного чертога! Не будем же, возлюблен­ные, предаваться сну, но будем всегда иметь елей в светильниках наших, потому что нельзя будет уже в тот час пойти и купить елей у торговцев: здесь он покупается, а там только тратится. А кто же эти торговцы, как не бедные? Подай хлеб, и ты полу­чаешь [царство небесное; подай хлеб, и ты получаешь] то, "не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его" (1Кор.2:9). "Приидите, возрадуемся Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему. Предстанем пред лицем Его во исповедании" (Пс.94:1,2), потому что "ночь прошла, а день" неизвестной жизни "приблизился" (Рим.13:12). (Да даст же Бог) всем нам, содеявшимся светом от света, ходить во свете славы Христа Спасителя нашего, в самом Господе нашем, Которому слава во веки веков. Аминь.

 Проект «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования»
Сайт создан при поддержке РГНФ, проект № 14-03-12003
 
©2008-2017 Центр библеистики и иудаики при философском факультете СПбГУПоследнее обновление страницы: 24.3.2014
Страница сформирована за 15 мс 
Яндекс.Метрика