Этот текст скопирован из другой on-line библиотеки, адрес исходного файла в которой не удаётся определить по техническим причинам

Ссылки, приводимые ниже, могут не работать или вести на страницы вне нашего сайта – будьте внимательны и осторожны: создатели сайта «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования» не несут ответственности за возможный риск, связанный с переходом по ссылкам на другие сайты. В особенности будьте внимательны при переходе по ссылкам рекламного характера, ссылкам, смысл которых Вам непонятен, и по ссылкам, текст которых отображён явно некорректно.

Авторские права (если таковые существуют) на приводимый ниже текст принадлежат авторам оригинальной публикации

.

Пчела - сайт православной экзегетики

 

Церковь о созерцаниях Иеремии

Несмотря на блестяще проведенный Собор (в 325 году) с выработанным сводом догматических определений, борьба вокруг арианской смуты все более разгоралась. Накал страстей в полемике противоборствующих сторон окутал всю Восточную Церковь и теперь заражал Запад. Сторонники ереси Ария, будучи пораженными на прошедшем Соборе, никак не соглашались принять его решения, а потому искали новой возможности протолкнуть свои злосчастные выводы относительно божества Христа как истинные. Дело осложнялось и тем, что утвержденный термин “Единосущный” в отношении Сына к Отцу смутил некоторых лиц, образовавших партию противников Вселенского Собора. И вновь понеслись в разные уголки империи послания от царя и областных правителей с приглашением на дополнительный собор. На сей раз церкви Запада и Востока должны были провести самостоятельные независимые друг от друга соборы. Епископам восточным было предложено собраться в исаврийской Селевкии, западным же сойтись в Аримине италийском. Однако на том и другом соборах арианствующих ожидало полное поражение.

Искреннее возмущение в адрес еретиков выразил святитель Афанасий в своем послании о деятельности этих соборов. Он негодовал на тех, кто так легко проигнорировал постановления Собора 325-го года, вынудив вновь отцов церкви собираться из далеких мест. Ревностный Афанасий облек свое послание в полемический характер. Обосновывая на Божественном Откровении единосущие Сына с Отцом, святитель от лица Церкви подчеркивал: “Мы знаем, что Сын Его есть Слово и Премудрость, и, веруя так, не именуем двух Богов…”. И вот это “веруя так” св. Афанасий обосновал, опираясь на примеры ветхозаветных праведников. В частности он писал: “Его созерцая и разумея, чей Он Сын и Образ, святые пророки говорили: бысть слово Господне ко Мне; зная же, что в Нем, созерцается и открывается Отец, осмеливались говорить: явился мне Бог отцев наших, Бог Авраамов, Исааков и Иаковлев”. Таким образом, по мысли святителя Афанасия, святые пророки, патриархи были боговидцами, людьми, которых Бог удостоил Своего созерцания.

Однако александрийский святитель в своем утверждении отнюдь не был первым. Веком раньше, на западе империи, в Риме, прозвучал голос исповедника веры св. Ипполита. Этот святитель, обличая еретика Ноэта, исповедывал веру в воплощенное Слово, опираясь при этом на слова пророка Иеремии: “Иеремия говорит: кто состоял в существе Господа и видел Слово Его? Слово же Божие и есть только видимо, тогда как слово человеческое слышимо. Следовательно, если (пророк) говорит, что видел Слово, то я и вынужден верить, что оно было послано видимым. А послан был конечно не кто–либо иной, как Слово”Святого Ипполита не волнует то, что пророка Иеремию и Боговоплощение разделяло время в шесть веков. Он говорит о пророке, словно об очевидце Слова, облекшегося в плоть, и потому ставшего видимым. В этом смысле ему будет вторить и блаженный Иероним, называя славного пророка евангельским мужем.

Наконец, обратившись к Живому Преданию Церкви – Ее литургической жизни, почерпнем и оттуда краски для начертания образа Иеремии, как божественного созерцателя. Земная Церковь в своем молитвенном взывании к нему отразила сугубо христологический характер пророческого созерцания, как исключительный в деле Ее спасения. Особый интерес в этом отношении для нас будет представлять канон пророку на утрене, первая паремия на первом часе в великий четверг и первая - на девятом часе в великую пятницу, а также четырнадцатая паремия на вечерни в великую субботу. Если упомянутые ранее отцы, говорили о созерцании Иеремией Бога, то раскрывали этот предмет размышлений с соответствующей духу времени стороны. Так, святитель Афанасий Александрийский, отстаивая в полемике с арианами единосущие Сына с Отцом, отразил именно это: “Слово есть Сын и Образ отца”. Другой святитель, Ипполит, защищая веру Церкви в воплотившегося Сына, исповедывал истину Боговоплощения: “Посланное Слово стало видимым”. Здесь же Церковь раскрывает свой краеугольный камень - Христа, в Божественном Его Облике. Перед нами разворачивается панорама вхождения в мир Спасителя, начиная от ожидания Пречистой Девы и завершая крестной смертью Его. В “Богородичне” шестой песни канона читаем: “Слово, еже от Отца прежде век рождшееся бесплотно, из Тебе, Чистая, в лето плотски рождается, и в сени Того вси поживем, якоже древле Иеремия прорече”. Мысль о Пречистой Деве и рожденным от Нее Богомладенцем, изложенная здесь, воспринята из 31 главы 22 стиха книги пророка Иеремии. Иеремия, в созерцании предвосхищает грядущие события, утешает человечество великим Таинством Боговоплощения.* Первый тропарь пятой песни канона изображает его Христовым проповедником. Св. Иеремия, как тайнозритель страданий Христа, показан в третьем тропаре шестой песни канона: “Смерть Избавителя предсказывал еси тайно, Богогласе: якоже бо Агня, на Древо Христа воздвигоша, живота Начальника, собор беззаконный иудейский, Благодетеля всея твари”. Паремийное чтение в страстные дни (великого четверга, на первом часе, и великой пятницы, на девятом часе) вновь переносит верующих на Голгофу: “А я, как кроткий Агнец, ведомый на заклание, и не знал, что они составляют замыслы против меня, говоря: “положим ядовитое дерево в пищу его, и отторгнем его от земли живых, чтобы имя его более не упоминалось (Иер.11,19). Накануне Пасхи, в великую субботу на вечерни в паремийном чтении (четырнадцатая паремия) Иеремия засвидетельствует нам о наступлении Нового Завета, о котором Господь скажет, что он есть “в Моей Крови, которая за вас проливается” (ск.22,20)

Уясняя мысли Церкви о пророке Иеремии, мы, тем самым, открываем его, как мужа, созерцающего Бога; как свидетеля, утверждающего бытие Слова Божия; как очевидца, встречающего воплощение Сына Человеческого; как пророка, предсказавшего крестную смерть Спасителя Христа.


 Проект «Библеистика и гебраистика: материалы и исследования»
Сайт создан при поддержке РГНФ, проект № 14-03-12003
 
©2008-2017 Центр библеистики и иудаики при философском факультете СПбГУПоследнее обновление страницы: 24.3.2014
Страница сформирована за 15 мс 
Яндекс.Метрика